 |
|
За его веселость и за то, что его все любили; за здоровье и за толщину. Она честила его лодырем, потому что деньги ему доставались даром, без всякого труда, и обжорой, потому ч..
Человек, получивший первый поцелуй женщины, не знает на другой день, куда девать руки и ноги; все тело, кроме сердца, кажется ему несносной обузой. Вместе с тем потреб..
Человек тридцать. Маленькая школа. Но я пятнадцати лет кончил учиться. - Почему? - Мама умерла, когда родилась твоя тетя Сьюзен...
Смотрите также:
Большая советская энциклопедия. Цвейг
Жизнь и творчество Стефана Цвейга
Перевод П.Бернштейн
Сестры одни в своей комнате. Свет погашен. Между ними темнота, только
слабо белеют постели. Почти не слышно их дыхания; можно подумать, что они
уснули.
-- Послушай,-- раздается голос двенадцатилетней девочки; тихо, почти
робко, шлет она призыв во мрак.
-- Что тебе?-- отвечает со своей кровати сестра; она всего годом
старше.
-- Ты еще не спишь? Это хорошо. Я... мне хочется что-то рассказать
тебе.
Молчание. Слышен лишь шорох в постели. Сестра приподнялась, она
выжидающе смотрит; можно различить, как блестят ее глаза.
-- Знаешь... я хотела сказать тебе... Но раньше ты скажи: ты ничего не
заметила в нашей фройлейн?
Другая медлит в раздумье.
-- Да,-- говорит она,-- но я не знаю, что это. Она не такая строгая,
как раньше. Недавно я два дня подряд не приготовила урока, и она мне ничего
не сказала. И потом она какая-то... не знаю, как это сказать. Я думаю, ей
совсем не до нас: она все время сидит в стороне и больше не играет с нами.
-- Мне кажется, у нее какое-то горе, но она не хочет этого показать. И
на рояле она совсем не играет.
Снова молчание.
Старшая сестра напоминает;
-- Ты хотела что-то рассказать.
-- Да, но ты никому не скажешь? Ни маме, ни твоей подруге?
-- Да нет, не скажу,-- сердится та.-- Ну, говори!
-- Так вот... Сейчас, когда мы ложились спать, я вдруг вспомнила, что
забыла сказать фройлейн "спокойной ночи". Башмаки я уже сняла, но все-таки
побежала к ней в комнату тихо-тихо -- я хотела пошутить, застать ее
врасплох. Я осторожно открываю дверь. Сперва мне показалось, что ее нет в
комнате. Свет горит, а ее не видно. И вдруг-- я так испугалась-- слышу,
кто-то плачет. Смотрю-- а она, одетая, лежит на кровати и уткнулась головой
в подушку. Как она плакала! Я даже вся затряслась. Но она меня не заметила.
И я тихонечко притворила дверь. Я так дрожала, что не могла двинуться с
места. Потом опять услышала через дверь, как она плачет, и поскорее сбежала
вниз,
Обе молчат.
-- Бедная фройлейн,-- говорит одна из них. Трепетный звук ее голоса
замирает в темноте.
-- Хотела бы я знать, отчего она плакала,-- начинает младшая.-- Она
ведь ни с кем не поссорилась, мама тоже наконец оставила ее в покое, не
придирается, а мы-то уж, наверно, ей ничего не сделали.
Вы читаете «Гувернантка», страница 1 (прочитано 0%)
«Buchmendel», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Тем временем:
...
- Ничего, раз это ты,- сказал я.- Просто я думал, что замок у меня
получше.
Он улыбнулся полными красными губами. Очень красивый был парень. И
спросил:
- Ты делами еще занимаешься?
- Занимаюсь - когда дела есть.
Я раскурил трубку, откинулся и стал смотреть на его гладкую оливковую
кожу, на прямые темные брови. Он положил трость на стол и подвигал губами.
- У меня для тебя дельце. Пустяковое. Но на трамвай заработаешь. Я
ждал.
- Сегодня вечером собираюсь маленько поиграть в Лас Олиндасе,- сообщил
он,- у Каналеса. Думаю, повезет - и мне бы нужен парень с пистолетом.
Я вынул из верхнего ящика пачку сигарет и подвинул их через стол. Лу
взял пачку и стал ее открывать.
Я спросил:
- Что за игра?
Он вытянул сигарету наполовину и уставился на нее. Что-то такое в его
поведении мне не нравилось.
- Меня уже месяц как прикрыли. Никак не получалось зарабатывать, чтобы
держать заведение в этом городе. После отмены сухого закона ребята из
полиции стали меня прижимать. У них прямо кошмары начинаются, как
представят, что им придется жить на зарплату.
- Здесь это стоит не больше, чем в другом месте. И платишь одной фирме.
Уже удобно, Лу Харджер вставил сигарету в зубы.
- Да, Фрэнку Дорру,- проворчал он,- этому жирному сукину сыну,
кровопийце.
Я ничего не ответил. Давно уже вышел из того возраста, когда приятно
обругать человека, с которым ничего не можешь сделать. Я смотрел, как Лу
прикуривает от моей настольной зажигалки. Он продолжал, выпустив клуб дыма:
- Чистая смехота. Каналес купил новую рулетку - за взятку, прямо у
людей шерифа...
ресурс Цвейг Стефан (Zweig Stefan)
