 |
|
- Он исчез, Ллойд, - ответила Морин. - Тридцать два дня назад. И я не знаю, что мне делать. - Он куда-нибудь уехал?..
une corde tombant du dehors; c'etait la corde d'une cloche, et je l'allais tirer doucement, quand je me sentis saisir le bras par Gerard; son geste, au contraire d'arreter le mien, l'ampli..
От нее болеют. Охотник устал, разбивая лед, ему хотелось пить, он чувствовал, что начинает злиться, но сдержался. — Хотите, я помогу разбивать лед и ставить чучела?..
Смотрите также:
Большая советская энциклопедия. Цвейг
Жизнь и творчество Стефана Цвейга
Перевод П. Бернштейн
ПАРТНЕР
Паровоз хрипло засвистел: поезд достиг Земмеринга.
Черные вагоны на минуту останавливаются в серебристом
высокогорном свете, несколько пассажиров входят, другие
выходят, перекликаются сердитые голоса, и уже снова свистит
впереди осипшая машина, увлекая за собой в пещеру туннеля
черную громыхающую цепь. Опять вокруг расстилается чисто
выметенный влажным ветром ясный, мирный ландшафт.
Один из прибывших - молодой человек, выгодно отличавшийся
от других изяществом одежды и легкой, непринужденной
походкой, обогнав всех остальных, первым нанял фиакр и
поехал в гостиницу. Лошади не спеша затрусили по крутой
горной дороге. В воздухе чувствовалась весна. В небе
порхали облака, белые, резвые, какими они бывают только в
мае и июне, когда, беспечные, юные, они мчатся, играя, по
синей дороге, то прячутся за высокие горы, то обнимаются и
убегают, то сжимаются в платочек, то разрываются на полоски
и, наконец, дурачась, нахлобучивают белые шапки на вершины
гор. Не отставал от них и ветер: он так буйно раскачивал
тощие, еще влажные после дождя деревья, что они похрустывали
суставами и, словно искры, рассыпали тысячи капель. Порою с
вершин доносился свежий запах снега, и тогда воздух
становился одновременно и сладким и терпким. Все на небе и
на земле было полно движения и нетерпеливо бродивших сил.
Лошади, пофыркивая, весело бежали теперь под гору, далеко
разносился звон их бубенцов.
В гостинице молодой человек первым делом просмотрел
список приезжих, но тут же отложил его. "Зачем собственно я
приехал сюда? - с досадой спросил он себя. - Сидеть тут на
горе, без общества - это, право, хуже, чем в канцелярии.
Очевидно, я приехал не то слишком рано, не то слишком
поздно. Вот всегда так - не везет с отпуском. Ни одной
знакомой фамилии не нашел. Хоть бы какие-нибудь женщины, на
худой конец-маленький, невинный флирт, чтобы не проскучать
всю неделю".
Молодой человек-барон, принадлежавший к не слишком
родовитой семье австрийской чиновной знати, - служил в
правительственном учреждении; в отдыхе он не нуждался, но
взял недельный отпуск потому, что все коллеги выхлопотали
себе весенние каникулы, и он тоже пожелал воспользоваться
этим правом.
Его нельзя было назвать пустым малым, но без общества он
жить не мог; всеобщий любимец, повсюду принимаемый с
распростертыми объятиями, он не переносил одиночества и
отлично знал это. Не имея ни малейшей склонности оставаться
наедине с самим собою, он по возможности избегал этих
встреч, ибо отнюдь не стремился к более близкому знакомству
со своей особой. Он знал, что ему нужно соприкосновение с
людьми, чтобы могли развернуться все его таланты - его
любезность, его темперамент; в одиночестве он был холоден и
бесполезен, как спичка в коробке.
Вы читаете «Жгучая тайна», страница 1 (прочитано 0%)
«Buchmendel», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Гувернантка», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Двадцать четыре часа из жизни женщины», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Тем временем:
...
Паркер подхватил своего назойливого посетителя под мышки и одновременно пинком ноги захлопнул дверь, втаскивая Тифтуса в комнату.
Откуда-то из глубины Тифтуса раздавался сиплый, прерывистый звук, словно заунывно сигналила далекая пожарная машина. Паркер дотащил гостя до кресла, вынул у него пистолет и, подойдя к окну, зорко оглядел улицу. Прямо перед отелем, словно гигантский черный лакированный жук, стоял "форд", на капот его, изнывая от бездействия, облокотился толстый капитан Янгер в уже запыленной ковбойской шляпе. Соломенный свет сентябрьского солнца озарял весь этот бесконечно скучный, сонный, заштатный городишко, где пыль на улицах стояла, как в дикой прерии, а жителей было раз-два и обчелся. Золотился прямо напротив отеля вокзал железнодорожной станции Сагамор, штат Небраска. Подняв клубы пыли, по широкой, совсем деревенской улице, как рыдван, прогрохотала машина. И вновь все стихло, ни единой живой души, кроме растолстевшего на приволье капитана, больше не было в утреннем мире. Сообщники, коль они есть у Тифтуса, либо ждут в вестибюле, либо спрятались на этаже.
Паркер убрал в стол некрупный автоматический пистолет, вытащенный из-за пазухи посетителя, и без всякого интереса посмотрел на Тифтуса. Тот осел в кресло, как манекен из витрины деревенского магазина, - его вытащили, чтобы переодеть, продавщицы, да так и оставили, приткнув куда придется с безвольными, висящими, как плети, руками. Из недр Тифтуса все еще сигналила отдаленная пожарная машина.
У Паркера, по его разумению, было еще достаточно времени, чтобы найти интересующую его информацию. Он безмятежно устроился в кресле, бестрепетно пробегая рядок фамилий в траурных рамках, и вскорости наткнулся на ту, что искал: ШАРДИН Джозеф Т. Живущих родственников не имеет. Похороны в среду, в десять часов утра. Отпевание у Бернарда Глиффа. Погребение на кладбище Гринлон.
Стало быть, в среду, в десять утра. Паркер отогнул манжету и посмотрел на часы...
ресурс Цвейг Стефан (Zweig Stefan)
