 |
|
кать в священной пыли, где герцог Бульонский и Танкред еще бились{3}, медленно отступая; так разрубленный конь все еще мчался сквозь толпы врагов нашего кроткого Господа, все еще несомый..
Размякшие от перегрева трубы скрутились узлом, а почтовая сумка на спине стесняла движения. Почтолет-243 вплыл в атмосферу, словно лебедь, но на высоте двадцати футов от..
Мне все открыто в этом мире - И ночи тень, и солнца свет, И в торжествующем эфире Мерцанье ласковых планет...
Смотрите также:
Большая советская энциклопедия. Цвейг
Жизнь и творчество Стефана Цвейга
Он знает, что мудрость дипломата
заключается в том, чтобы в решающее время быть подальше от иных ситуаций.
И вот он решает покинуть на все время борьбы политическую арену Конвента,
чтобы вернуться, корда спор будет решен. Для такого отступления, к
счастью, представляется почетный предлог, ибо Конвент избирает из своей
среды двести, делегатов, чтобы поддержать порядок в округах. Ему не по
себе в вулканической атмосфере зала собраний, и Фуше прилагает все
старания, чтобы попасть в число командируемых делегатов. Его избирают. Ему
предоставлена передышка. Пускай тем временем борются другие, пускай
уничтожают друг друга, пусть они, страстные, расчищают место для
честолюбца! Лишь бы не присутствовать при этом, не быть вынужденным
выбрать одну за партий! Несколько месяцев, несколько недель немало значат
в эпоху бешеного бега мировых часов. Когда он вернется, исход борьбы уже
будет решен, и он сможет тогда спокойно и безопасно присоединиться к
победителю, к своей неизменной партии - к большинству.
Историки французской революции обычно уделяют мало внимания событиям в
провинции. Все описания словно прикованы к циферблату Парижа, только на
нем обозрим ход времени. Но маятник, регулирующий этот ход, надо искать в
стране и армиях. Париж - это лозунг, инициатива, первичный толчок, а в
огромной стране сосредоточено действие и решающая движущая сила.
Конвент своевременно понял, что темпы революции в городе и в деревне не
совпадают: люди в селах, в деревушках и горах соображают не так быстро,
как в столице, они воспринимают идеи гораздо медленнее и осторожнее и
перерабатывают их по собственному разумению. То, что в Конвенте на
протяжении часа становится законом, лишь медленно и по каплям
просачивается в деревню и большей частью проникает туда уже
фальсифицированным и разжиженным стараниями провинциальных
чиновников-роялистов и духовенства - людей старого порядка. Поэтому
сельские округа всегда отстают от Парижа на целую эпоху. Когда в Конвенте
господствуют жирондисты, в провинции езде раздаются голоса в защиту
короля; когда торжествуют якобинцы, провинция только начинает приближаться
к идеям жиронды. Тщетны поэтому все патетические Декреты, ибо печатное
слово в ту пору медленно и нерешительно пробивает себе дорогу в Овернь и
Вандею (*22).
Это заставило Конвент направить в провинцию деятельных носителей живого
слова, чтобы ускорить ритм революции по всей Франции, сломить
колеблющийся, едва ли не контрреволюционный темп развития сельских
округов. Он избирает из своей среды двести депутатов, обязанных вершить
его волю, и наделяет их почти неограниченной властью. Кто носит
трехцветный шарф и красную шляпу с перьями, тот обладает правами
диктатора. Он может взимать налоги, выносить приговоры, набирать рекрутов,
смещать генералов; ни одно ведомство не смеет сопротивляться тому, кто
своей священной персоной символически представляет волю Конвента.
Страницы: (171) : <<
Вы читаете «Жозеф Фуше», страница 17 (прочитано 9%)
«Buchmendel», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Гувернантка», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Двадцать четыре часа из жизни женщины», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Жгучая тайна», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Тем временем:
... — Не понимаю, почему его сиятельство передал это через вас, — удивился Гловер. — Привидение действительно существует, и очень многие видели его. Лично я не соглашусь пройти по сосновой аллее ночью даже за миллион фунтов! — Он покачал своей уже поседевшей головой. — Да его сиятельство и сам в него верит. Единственное, чего я хотел бы, чтобы он, наконец, женился. Тогда, может быть, он стал бы несколько более рассудительным. — А мы бы избавились от второго Алсфорда, не так ли, господин Гловер? Камердинер ответил неопределенно: — Если люди, которые любят его, а есть, которые ненавидят, — заметил он. — Мы с ним никогда не ссорились. Томас, кажется, кто то звонит у подъезда! Томас заторопился к двери и широко распахнул ее. На крыльце стояла девушка, хорошенькая, пышущая здоровьем, одетая в нарядный модный костюм. Томас приветливо улыбнулся ей. — Доброе утро, мисс Винер! Вот так сюрприз! — Его сиятельство дома? Лакей задумчиво покусал губы. — Он дома, мисс, но боюсь, что не смогу провести вас к нему. Не вините меня, таково распоряжение господина Алсфорда. — Господина Алсфорда! — возмутилась гостья. — Вы хотите сказать, что я даром проехала весь путь от Лондона сюда и уеду, так и не повидав лорда Челсфорда?! Но Томас продолжал держать руку на двери. Ему была симпатична эта девушка, которая в бытность свою секретарем его сиятельства никогда не важничала и всегда находила для каждого улыбку и приветливое слово. Он с удовольствием впустил бы ее, предполагая, что и его сиятельство был бы рад увидеть ее, но перед ним немедленно появился образ Дика Алсфорда, мрачного и немногословного, от которого можно было ожидать одного — немедленного расчета в случае неисполнения его приказания. — Мне очень жаль, мисс, но таков приказ, и, как вы сами понимаете, я должен следовать ему. — Понимаю. — Мисс Винер не могла скрыть огорчения. — Мне приказывают не являться в дом, где я могла бы быть хозяйкой, не так ли, Томас? Тот постарался выразить свое полнейшее понимание и сочувствие. — Это Винер, — пояснил Томас, возвращаясь к камердинеру, — которую Ричард Алсфорд уволил, боясь, что лорд начнет за ней ухаживать...
ресурс Цвейг Стефан (Zweig Stefan)
